УЗЕЛ нечерноземья - Александр Кочкин - Публицистика - Поэзия и проза - Побережье

Поэзия и проза

Главная » Статьи » Публицистика » Александр Кочкин

УЗЕЛ нечерноземья

Александр Кочкин

НЕ ЗАВЛЕКЛИ, А ПРИВЛЕКЛИ 

Часть 8.

 

…И какой же вывод? – спросит читатель. А такой: кабинетность Программы ослабила ее «жизненные токи», то есть родственную связь с крестьянской практикой. Так что же, многотрудные разработки ученых псу под хвост? Разумеется, нет. В каждой отраслевой раскрутке Программы есть рациональное зерно. Сама она в своей основе нацелена на перспективу, вне всякого сомнения. Только через освоение Нечерноземья можно решить проблему продовольствия и сельскохозяйственного сырья.

Ключи от кладовой Нечерноземья хранит Природа. И доверяет людям их только тогда, когда они доказывают своим поведением, что могут, не навредив, не только взять, но и преумножить богатства тех кладовых. А это значит, крестьянину надо подняться на должную ступень хлеборобской культуры, которая выстоялась во времени, в традициях, подкреплена историческим опытом. Кстати, само слово «культура» в переводе с латинского означает, кроме всего прочего, и «возделывание» (почвы, сельхоз-угодий). Вон откуда, из каких глубин, идут корни!.. Не ясно ли, что никаких тормозов, диктатов Природа не потерпит...

К сожалению, эту простую истину почему-то не принято брать в расчет. Думается, при разработке Программы она была во многом проигнорирована. Не отсюда ли сбои, о которых сказано выше?.. Спешим, как говорили в старину, «топором ворох веять». А, казалось бы, яснее ясного: политика должна отражать только один интерес – социально-экономический прогресс в деревне. Это, кстати, и в интересах города.

Но мы же в рынок вошли. Как увязать все эти цели и задачи в условиях рынка? Достаточно сказать, что продукция села и все, что из нее производится, составляют более двух третей розничного товарооборота торговли. Естественно, село должно иметь в рынке основные «причалы». Имеет ли?  Увы, нет. Продукция села сдвинута на такое крайнее место, где она уже не имеет почти никакой плюсовой отметки. К тому же ее сильно потеснили заграничные конкуренты, которые с целью завоевать рынок сбыта пустили свои товары по заведомо заниженным ценам, в надежде, когда рухнет отечественное производство, эти цены поднять «выше потолка»!

Долговременное значение Программы в какой-то мере оправдывало ее. Расчет, вероятно, был на то: мол, не сразу, а постепенно она притрется. Лишнее отомрет само собой. Тем временем де поднимается уровень крестьянской культуры. Но беда крестьянина в том, что он не огражден от политических бурь. Заваривающие политическую кашу не обходят стороной мужика. Наоборот, заставляют его расхлебывать. Может быть, это чисто российский прием?..

Легко теперь говорить, что Программа оказалась слабо завязана на практическую крестьянскую основу, что несла она опять же политический налет, который омертвлял ее. Но что можно было взять для нее из запасников крестьянской науки? Да, был там дедовский опыт, практичный и умный. Но основа его так узка, что приложить к новой системе хозяйствования практически не представляется возможным.

Программа требовала от крестьянина полной переориентации. Он должен был научиться смотреть совершенно новыми глазами на привычное крестьянское дело. Требование, так сказать, обязательное – ибо все завязано на человеке. Но человеку-то, хлеборобу, в программе отводилась второстепенная (а, может, вообще последняя) роль. Вершители дела почему-то пичкали в него больше политики, чем тех знаний, того кругозора понятий, которые касаются непосредственно крестьянской культуры. Пожалуй, в этом и была существенная ошибка Программы.

Спору нет, мастерство, опыт, приобщение к любому новому началу дело наживное, дело времени. Возможно,  с годами все бы устоялось, обозначилось бы и русло, и направление. Была бы перспектива, выдержанная в финансовых рамках. Но времени-то как раз и не оказалось. Новые реформаторы, пришедшие на смену старым, стали втискивать в рассохшиеся финансовые рамки другой портрет – фермерство. Разглагольствуя о демократии, они бездумно попирали и то, что положительно зарекомендовало себя. А как же?  Это позволяло свалить и свою вину в кучу «тоталитарной системы». Шли по тому же пути, что и семь десятилетий назад, разве только не пели «...разрушим до основанья, а затем...» История бездарных правителей, как видим, повторяется, народ страдает.

Снова и снова приходит на ум сказка М.Е. Салтыкова – Щедрина «Как мужик двух генералов прокормил». Генералы попали в гибельное положение. Но вспомнили, что на их счастье «есть мужик» - и выжили, не воздав ему даже малейшей благодарственной крохи. Предположим, что генералы до сих пор «живут на Подъяческой». Они, конечно, стали более умудренными в смысле закабаления мужика, но по-прежнему не понимают его души, его настроя, его психологии – да и к чему им это? важно хитроумно подрезать ему крылышки и крепко, крепко держать за них. Пусть трепыхается от боли – это ничего, даже на благо. Когда он в зачуханом состоянии, из него можно «веревки вить». А генералам как раз это и нужно.

Не потому ли в таком бедственном положении находится наше сельское хозяйство, что над ним вечно «генералы» стоят, командуют, не понимая его души, держат за подрезанные крылышки. Мужику остается одно – искать отдушину в «белоголовой». Тут он вправе раскрепостить себя на полную катушку. К сожалению такая «свобода духа» оборачивается национальной бедой.

Разговор о проблемах сельского хозяйства я неслучайно свожу на человека, на крестьянина. Вернее сказать, на человеческий (понимай, психологический) фактор. А поскольку тема неохватная, попытаюсь подать ее хотя бы в зауженном состоянии, так, как вижу, как понимаю ее, как подсказывает мой житейский опыт.

Ярославское село в планах Нечерноземья имело свою особую стать. Наверное, вся трагедия неудавшейся Программы потому и произошла, что за громадьём планов просмотрели человека, крестьянина. Его не завлекли, а привлекли в исполнители. Потому-то он, чувствуя себя как бы сторонним, не болел сознанием дела. Да и не успела в полной мере развернуться Программа. Новые люди, захватившие «бразды правления», не только не поняли ее сути, но и поспешили «свернуть в рулон» и предать забвению. Целину, скажем, не свернешь – успела заявить о себе большим хлебом и, естественно, признанием населения тогдашней Союзной страны. Как развивается теперь Казахстан! А Нечерноземье только-только проклюнулось «из яйца». Объявить, что яйцо – «болтун», было несложно. К этому присовокуплялось все – и убыточные колхозы, и неперспективные деревни, и уход сельского населения в города, именуемый чужим для деревни словом «миграция»... лишь бы «дегтем помазать», а откуда этот деготь взят – неважно. Постарались и пресса, и радио, и телевидение. Крестьянин, поставленный на обочине, так и не высказал своего веского слова в защиту Программы Нечерноземья. А такое слово должно быть сказано. Не оступиться в Истине – вот что сейчас важно...

Категория: Александр Кочкин | Добавил: NIK (19.12.2009)
Просмотров: 254 | Теги: УЗЕЛ нечерноземья | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: